Бывший исследователь компании OpenAI Дэниел Кокотайло, покинувший корпорацию в апреле две тысячи двадцать четвертого года из-за фундаментальных разногласий с руководством по вопросам безопасности нейросетей, представил масштабный и детально проработанный план по предотвращению потенциальной катастрофы, связанной с бесконтрольным развитием искусственного интеллекта. Совместно с организацией AI Futures Project, которую он основал в прошлом году, Кокотайло опубликовал документ под названием AI 2040: Plan A, ставший оптимистичной альтернативой его же мрачному прогнозу AI 2027, предрекавшему человечеству вымирание или глобальную диктатуру с вероятностью до тридцати процентов. Новый сценарий позиционируется не как неизбежное предсказание будущего, а как практическая рекомендация, содержащая конкретный набор шагов, способных существенно снизить экзистенциальные риски. Ключевой идеей плана является заключение в две тысячи двадцать девятом году исторического международного соглашения между Соединенными Штатами и Китаем об отказе от разрушительной гонки за создание сверхинтеллекта, которая без должного контроля привела бы к полной автоматизации ИИ-разработок уже к две тысячи тридцатому году и полной утрате человеческого контроля над технологией.

Архитектура предлагаемого соглашения опирается на четыре фундаментальных принципа: выигрывание времени для глубоких исследований в области безопасности, полная прозрачность всех ИИ-разработок, справедливое распределение искусственного интеллекта между различными компаниями и государствами, а также обязательное сохранение обратимости всех технологических процессов. Для обеспечения взаимного доверия между геополитическими соперниками план использует уникальную систему верификации, основанную на том факте, что крупные вычислительные кластеры невозможно скрыть от космических спутников. Страны публично декларируют все закупки специализированных ИИ-чипов, после чего вводится временная пауза на новые обучающие прогоны, соблюдение которой подтверждается специальными датчиками, установленными непосредственно на дата-центрах. Самым радикальным элементом стратегии становится концепция «взаимно гарантированного уничтожения вычислительных мощностей», которую авторы напрямую сравнивают с логикой ядерного сдерживания времен Холодной войны. По замыслу разработчиков, новые дата-центры Китая должны физически строиться на территории Канады, а американские объекты – в Монголии, то есть в местах, которые в случае военного конфликта проще всего атаковать противнику, что создает мощный сдерживающий фактор от срыва сделки.

Экономическая модель плана предполагает колоссальный рост мировых вычислительных мощностей с двадцати миллионов эквивалентов H100 в две тысячи двадцать шестом году до шестидесяти миллиардов к две тысячи тридцать четвертому, что позволит реальному ВВП США в отдельные периоды достигать пятидесяти процентов годового роста против привычных трех процентов. Однако неизбежная автоматизация приведет к обвалу занятости в Соединенных Штатах с шестидесяти двух процентов в две тысячи двадцать седьмом до всего лишь двенадцати процентов к две тысячи сороковому году. Для компенсации массовой потери рабочих мест эксперты предлагают ввести масштабные «гражданские дивиденды» – регулярные выплаты каждому взрослому гражданину из доходов, которые государство будет собирать с корпораций за разрешения на вычисления и использование роботов. Согласно расчетам, уже к две тысячи тридцать второму году такой дивиденд составит сорок пять тысяч долларов на человека, к две тысячи тридцать пятому вырастет до миллиона, а к две тысячи тридцать девятому достигнет фантастических десяти миллионов долларов. Специалисты также противопоставили Plan A четырем альтернативным сценариям: коалиционному давлению на Китай с риском войны, попыткам внутреннего регулирования, приводящим к олигархии, минимальному регулированию с угрозой Третьей мировой войны и полной бессрочной остановке разработок, которая неизбежно приведет к срыву сделки в будущем.